Я избегаю близости и «держу все варианты открытыми». Что с этим делать?
источники не называют это ленью или капризом — они говорят, что за избеганием обычно стоит страх, который сначала надо назвать по имени, а потом перестать ему подчиняться.
она предлагает начать не с упрёков себе, а с поиска корня. Были ли в жизни события, после которых страшно связывать себя с человеком: тяжёлый опыт, нестабильное детство, череда болезненных расставаний? Каким бы ни был источник страха, его надо назвать и признать, а потом честно спросить себя, во что вы вообще верите насчёт обязательств и правда ли это. Дальше — осознанность: увидеть у себя избегающие тенденции и принять их как поведенческие привычки, которыми можно научиться управлять, а не как приговор. Отдельно она разбирает саму привычку «держать варианты открытыми»: пожить год тут, попробовать эту профессию, побыть в этих отношениях пару месяцев. На каком-то этапе жизни в этом нет беды, но если делать так бесконечно, получается, что человек строит хижину здесь, потом переезжает и строит хижину там, — тогда как тот, кто выбрал, строит на своём участке здание вверх.
«Каким бы ни был источник страха, назовите его и признайте»
она объясняет, почему отношения рвутся именно тогда, когда становятся по-настоящему близкими. Чтобы защитить раненого внутреннего ребёнка, человек возводит вокруг себя высокие стены, не подпускающие других слишком близко, — и сам разрушает связь ровно в тот момент, когда она углубляется. Она просит смотреть на это не как на очередную «неудачу», а как на защитный механизм, который надо опознать в себе.
«огромные стены, не подпускающие других слишком близко»