Мы уже на пороге развода (дело дошло до бейт-дина), и все говорят «это конец». Можно ли ещё что-то сделать?решает ваш рав
И на самом пороге развода ещё есть что проверить: один путь — честно прожить разъезд на пробу, чтобы почувствовать, каким будет развод, и увидеть, вправду ли врозь лучше; другой — дать обоим выговориться и прислушаться к тому, что их всё-таки удерживает, потому что под тяжёлым разладом нередко лежит крепкое основание.
Когда он видит, что продвижения нет и пара уже покончила с браком, он предлагает испытание: прежде чем разводиться, разъехаться на пять месяцев и посмотреть, каково жить порознь. Указания он даёт жёсткие и подробные, чтобы проба была честной. «Разъехаться» не значит вернуться к родителям — иначе выйдет пять месяцев летнего лагеря, а после гета родители содержать никого не станут; жена остаётся с детьми в доме, муж снимает квартиру и тоже не переезжает к своим, устанавливается порядок встреч с детьми, и муж содержит жену так, как будет содержать после гета. Про одну пару, о которой все говорили «всё, конец» и в доме которой были ужасные вражда и ненависть, он сказал прямо: похоже, придётся разводиться, но сначала проведём испытание. Смысл в том, чтобы на собственной шкуре почувствовать, каким будет развод, и тогда уже увидеть, вправду ли врозь лучше, чем вместе. Даян остановил разбирательство многолетнего дела и попросил его посмотреть эту пару, пообещав снять свои возражения, если рав одобрит гет. Пока он встречался с ними по отдельности и вместе, ему позвонили с просьбой порекомендовать пару на восьмимесячную шлихут в Россию. Он предложил эту пару, и они согласились. Не зная ни языка, ни людей и не имея опоры ни в ком, кроме друг друга, они вернулись из России единой парой. Механизм, объясняет он, был тот же, что и всегда: у них появился общий интерес держаться вместе.
«Похоже, вам придётся развестись. Но прежде давайте проведём испытание»
Пара пришла к нему на грани развода, процесс был почти завершён, но последние шаги давались им тяжело. Он дал обоим высказать всё раздражение и все доводы за развод, а потом спросил, что же их удерживает; они называли детей и другие внешние причины, но согласились, что есть и что-то ещё, чего они не могут выразить. Он сказал, что это очевидно, назвав слово по первой и последней букве — любовь. Несмотря на тяжёлый разлад, из их собственной речи было ясно, что под ним лежит крепкое основание.
«это слово начинается на «l» и кончается на «e»