Почему «романтическая» любовь, в которой я, по сути, люблю себя, — плохая основа для брака?
Потому что любовь, выросшая из любви к себе, живёт новизной и сама себя разрушает, тогда как настоящая любовь стоит на отдаче и заботе о другом.
Он отвечает на возражение «ну и пусть это любовь к себе — какая разница?». Разница есть: за любовью, растущей из любви к себе, идёт любовь ещё большая — к новому, к тому, чего у меня пока нет, и она первую разрушает. Его иллюстрация бытовая: калле узнала любимое блюдо хатана и стала подавать его на каждую трапезу; очень скоро он видеть его не может и объявляет, что теперь любит другое. Так же и в браке: если я люблю себя через то, что жена удовлетворяет мои нужды, рано или поздно наступает «хватит» — и начинаются ссоры.
«любовь человека к чему-то новому вытесняет его прежние привязанности»
Он говорит о том, откуда эта установка берётся. В современном обществе воображение почти наверняка застревает на эгоцентричном самоудовлетворении, если его специально не воспитывать иначе: непрерывный поток чувственных раздражителей приучает искать удовлетворения себя, причём через временные каналы. Именно этот эгоизм лежит в основе расхожего идеала романтики — по сути, проекции собственного «я» вовне. Человек с такой установкой настоящей любви пережить не может, потому что она стоит на самоотречении, заботе о другом и отдаче.
«настоящая любовь — та, что основана на самоотречении, заботе о другом и отдаче»