Я хочу собрать в одном человеке все достоинства сразу — почему такого не находится?

Такой заказ слишком длинный, и часть его противоречит сама себе: человек, погружённый в дела общины, может не иметь сил помогать дома. Одну девушку, хотевшую и общинного деятеля, и семьянина, спросили прямо: «если бы перед тобой стояли двое — центр общины и тот, кто лелеет тебя дома, — кого бы ты выбрала?» Она неожиданно для себя ответила: семьянина, — и это перевернуло её поиск. Другой студентке, хотевшей и величайшего знатока Торы, и того, кто её смешит, рав посоветовал искать не лучшего в мире знатока, а достаточно хорошего, и не самого остроумного, а достаточно приятного: её собственный опыт показывал, что чью Тору она уважала, тот казался слишком серьёзным, а кто её смешил — того Тору она не уважала; требование максимума сразу по двум пунктам делает поиск нерешаемым. Авторы приводят притчу о жадном короле за пиршественным столом: он требует всего сразу, живёт в вечной ярости, и страдают все вокруг. Так и мы «сканируем» достоинства и составляем портрет, под который не подходит никто. Желания даны, чтобы раскрывать потенциал, но гора наваленных тарелок ведёт к одиночеству. Самопроверка проста: если вы думаете «идеальный человек со всеми качествами существует, я просто его ещё не встретил», «у отличного супруга должны быть все достоинства и ни одного недостатка», «родителям и равам не понять, что мне нужно», «уступить в первоначальных ожиданиях нельзя, иначе я получу неполноценного супруга» — вы пытаетесь создать человека, которого, скорее всего, не существует. Всего, что хочется, вы, вероятно, не получите — и при этом вполне можете иметь прекрасный брак. Ключевой поворот — спрашивать себя не «чего я хочу», а «что мне нужно, чтобы быть счастливой» и «что я сама могу дать мужу»: «крутой» муж может оказаться занятым собой и не замечающим ваших чувств, а искать надо доброго, сострадательного и верного.

«Нельзя допустить, чтобы желание получить всё лишило нас хоть чего-нибудь»