Яаков поцеловал Рахель до свадьбы — как это понимать, и значит ли это, что и нам можно?разные подходырешает ваш рав

стих ставит рядом Рахель и овец Лавана — одно и то же слово и одно настроение; по объяснению «Агра де-Кала», Яаков был настолько прилеплен к Всевышнему и отрешён от вожделения, что поцелуй Рахели был для него как поцелуй цицит или тфилин — исполнение поручения найти жену, без личного интереса. Равнять себя с Яаковом мы не можем: такого уровня достигают лишь те, кто полностью искоренил дурное начало, а Хазаль однозначно постановили в подобных вещах отдаляться в наибольшей возможной мере. А по Малбиму, которого он приводит через рава Гилеля Шлезингера, сказано «поцеловал в направлении Рахели» — то есть поцеловал свою руку в её сторону, как сфарадим целуют руку в сторону свитка Торы, — и её самой вовсе не касался. Он подчёркивает главное: сравнивать себя с Яаковом и «разрешать» себе на этом основании подобное нельзя ни в коем случае — Хазаль запретили такие прикосновения строжайшим образом.

«мы должны отдаляться от таких вещей в наибольшей возможной мере»

Пасук показывает святость Яакова: он был настолько привязан к Всевышнему и отрешён от физического, что поиск жены был для него мицвой, как всякая другая, и поцеловать Рахель было для него как поцеловать цицит или тфилин — предмет заповеди. Потому и открытое место его не смущало.

«поцеловать Рахель было для него не иным, чем поцеловать свои цицит или тфилин»

Он обращает внимание на само слово: написано не «ваишак Яаков ЭТ Рахель», а «ваишак Яаков ЛЕ-Рахель» — то есть поцеловал в направлении Рахели. Как сефардские евреи целуют руку в сторону свитка Торы, так и Яаков поцеловал свою руку в сторону Рахели, но самой Рахели не целовал. Этим объяснением, полученным через рава Гилеля Шлезингера, отец автора удовлетворил вопрос простых сефардских евреев на уроке Хумаша.