Чем заповедь супружеской близости отличается от других заповедей — почему её нельзя исполнять «просто потому, что велено»?
эта заповедь по самой своей сути определяется не действием, а связью, и потому требует, чтобы супруги понимали, ради чего она.
Обычно заповеди не нуждаются в объяснении: даже когда объяснения находятся, они не причина исполнения — исполняют потому, что такова воля Всевышнего, а знание причин лишь украшает исполнение и пробуждает сердце, как вкус плода помогает им насладиться, но не составляет его сути. Эта заповедь, пишет он, — исключение: сама она вовсе не определяется телесным действием, а есть выражение более глубокой связи, которая включает в себя и внешнее соединение. Поэтому здесь недостаточно правильно исполнить действие, не понимая, ради чего оно: ошибочное убеждение, будто заповедь держится в первую очередь на телесном, по его словам вырывает всю заповедь с корнем, а человек может, сам того не зная, оказаться в тяжёлом нарушении. Он объясняет и в чём её особенность: наша работа — раскрывать единство Имени Всевышнего в мире, и в большинстве заповедей это раскрытие в нижнем мире полностью скрыто, а здесь сама заповедь есть прямое раскрытие этого единства, и супруги в своём единении становятся престолом для Шхины.
«сама заповедь вовсе не определяется телесным действием»