Мы думаем о разводе. Как это отразится на детях — и что им нужно, если семья распалась?
Не стоит недооценивать рану: дети стыдятся говорить о разводе родителей, становятся мячиком между ними и заложниками пары, ищут прибежища на улице, а травма может не отпускать десятилетиями даже в собственном счастливом браке — поэтому думайте о детях побольше. Если семья всё же распалась, ребёнку нужна настоящая, а не наигранная любовь — он её безошибочно чувствует — и родители, которые не принижают друг друга при нём.
Он обращает внимание на повседневность, о которой не думают заранее. Даже там, где нет тяжб об опеке, ребёнок живёт с матерью, видится с отцом, и на этих встречах отец передаёт ему ценности, отличные от материнских, — при этом отец «достаточно умён», чтобы оставить воспитание матери и просто быть добрым папой. И это ещё считается хорошим разводом. Гораздо хуже, когда отец при ребёнке принижает мать: не слушай её, она тут неправа, что у тебя за мать. Предостережение: дети из неполных семей сгорают со стыда, когда приходится говорить, что родители разведены, а сами одинокие родители завалены осложнениями и разочарованиями. Больно смотреть, как дети превращаются в мячик для пинг-понга и в боксёрскую грушу родителей — по сути, в заложников пары. И есть беда, о которой обычно не задумываются, — подростки на обочине: ребёнок из шаткого дома ищет прибежища на улице. Значительную часть этого, пишет автор, можно было бы предотвратить, если бы мы строили здоровые нормальные дома.
«Что у тебя за мать?»
Она позвонила специально, чтобы её слова передали дальше. Она замужем шестнадцать лет, у неё прекрасный муж, шестеро детей и по-настоящему хороший брак — и всё равно она не может освободиться от травмы развода собственных родителей и много плачет. Пары, говорит она, думают, что развод не так уж страшен, и не понимают, какую рану наносят детям. Её просьба к тем, кто собирается разводиться, — подумать о детях побольше.
«Развод причиняет боль, и эта боль длится долго.»
Он пишет о том, что нужно ребёнку, чья семья распалась. Дети особенно чувствительны, хотят быть любимыми и инстинктивно чувствуют, настоящая эта любовь или наигранная; тем более это относится к ребёнку, чьи родители разошлись и чей отец женился на другой женщине. Он напоминает и общее правило: «возлюби ближнего как самого себя» — великий принцип Торы, а любить еврейского ребёнка тем более и обязанность, и привилегия.
«Дети особенно чувствительны и инстинктивно чувствуют, настоящая ли эта любовь.»