Стоит ли гнаться за престижным шидухом — «громкая» семья, топовая ешива, особенный тесть?разные подходы
Погоня за именем, статусом и «солидностью» семьи не имеет отношения к успеху брака, часто прикрывает то, что стоило бы увидеть, и превращает шиддух в способ подняться по лестнице; дом, полный Торы, — достоинство, но ослепляться внешним блеском нельзя. При этом пожелания вроде сильной ешивы или тестя, с которым можно учиться, сами по себе описаны как законные — важно лишь ясно понимать, что за словами стоит, и помнить, что исполнение в руках Всевышнего.
Побочный и уродливый плод рыночной среды в том, что шиддух стал способом определять свой статус, табелем о рангах. Сатмарский рав однажды сказал: с тех пор как я приехал в Америку, я почти не знаю человека, который сделал бы шиддух ради своих детей. Вопросы «что мы получим от этого зятя или невестки» и «насколько это продвинет нас вверх по лестнице» вообще не должны входить в процесс.
«с тех пор как я приехал в Америку, я едва знаю человека, который сделал бы шиддух ради своих детей»
Он пишет, что в мире шидухим огромное количество лжи именно потому, что для многих главное — заключить престижный брак: всё прочее игнорируется, лишь бы семья была достаточно почётной. Но с каких пор важность семьи стала фактором? Часто она как раз прикрывает правду о юноше или девушке, а блестящая репутация оказывается поддельной. Предостережение: один его товарищ по ешиве женился на дочери старшего завхоза ешивы, другой, внук известного рош ешивы, — на внучке видного рош ешивы, и на второй свадьбе были все гдолей ѓа-дор. Через несколько лет второй, подавленный, признался, что завидует первому: жена того принимает каждое его слово как святыню, а его собственная считает, что знает лучше, и всё переделывает «как у папы и дедушки»; позже у него случился нервный срыв. Весь блеск кончился на первой неделе брака. Отсюда его вопрос: стоит ли жертвовать семьюдесятью-восемьюдесятью годами согласия ради нескольких недель призрачной чести? Он добавляет и урок из выбора горы Синай: для дарования Торы Всевышний выбрал самую низкую гору, а не величественные Тавор или Кармель, — чем ниже человек в собственных глазах, тем крепче и красивее его шидух. В сноске он оговаривает, что в доме, полном Торы и трепета, преимущество, конечно, есть; речь о том, чтобы не ослепнуть от внешнего блеска. «Что скажут люди», «достаточно ли это солидно», «есть ли у них деньги» — на таких мотивах решения не строят. Люди ищут громкие имена, почёт, славу, деньги, а потом многие обнаруживают, что всё это блеф: какое отношение «солидность» вообще имеет к успеху брака? Он сравнивает это с человеком, который рассылает статьи о себе в газеты, взвешивая каждое слово, а наутро бежит смотреть, что о нём написали. Иногда, говорит он, выглядит так, будто человек воюет с Небесами: ему присылают наилучшее, отобранное лично для него, а он отталкивает, потому что это не совпало с его картинкой. Тора велит: «тамим тиѓье» — иди с Ним цельно и принимай с доверием то, что разворачивается.
«какое отношение важность имеет к успеху шидуха?»
Он указывает на ловушку в самой постановке задачи. Родители входят в шиддухим с установкой найти «самого лучшего парня», а вложив в пару деньги и силы, хотят убедиться, что получили обещанное — знание Шас, определённый духовный уровень, определённую хасмаду. Но чем измеряется «топ-бахур»? Когда его как машгиаха спрашивают, есть ли у юноши ират шамаим или любовь к Торе, он научился отвечать встречным вопросом: а как вы определяете ират шамаим? Для одного это ежедневный мусар, для другого — знание галахи, для третьего — серьёзный взгляд на жизнь; любовь к Торе для одного значит колель как путь жизни, для другого — учёба в бейн ѓа-зманим, для третьего — полная поглощённость сугией. Пока слово не определено, разочарование запрограммировано.
«правильный ответ на это — вернуть вопрос: „а как вы определяете ират шамаим?»
девушка умоляла родителей перевести младшего брата в ешиву, где матерям «не рекомендуют» водить машину, — ради «лучшего шиддуха», хотя её собственная мать за рулём двадцать пять лет. Дети начинают диктовать родителям, кого звать на шабат, какую шляпу носить отцу и что надевать матери. Всё это — сосредоточенность на фасаде вместо настоящей внутренней подготовки к браку, и многие потом просто возвращаются к прежнему укладу. Учить молодых надо жизни, а не поддерживать фантазию.
«почти исключительная сосредоточенность на фасаде вместо действительного внутреннего устройства»
У него такие требования описаны без осуждения — но с перенесённым акцентом. Отец хотел зятя с хорошими мидот, учившегося в ешивах высокого уровня, и всё сложилось; только не семья пробила этот уровень и не связи его обеспечили — путь того юноши выстраивался годами. Критерий остаётся критерием, а исполнение принадлежит не нам. В другой истории известный человек, дающий хизук большим залам, искал пару дочери и остановился на сильном парне из сильной ешивы; тот отказался встречаться, объяснив, что ему нужен тесть, с которым можно говорить в учёбе, а не тот, кто красиво выступает. Родители не давили; через несколько месяцев тот же шиддух предложили снова, и он снова отказал.
«мне нужен тесть, с которым я могу говорить в учёбе»