Я молюсь и молюсь, а ответа всё нет — мои молитвы пропали? Что делать?
Продолжать молиться: никто не знает, сколько молитв нужно, пока человека услышат, и ни одна не теряется — на одни отвечают через месяц, на другие через годы, а награда за заслугу приходит в своё время. Спасение растёт под поверхностью, как посаженное семя; бывает, что молитва уже услышана, а предложенный вариант человек отверг сам; и неотвеченная просьба может обернуться большим благом. Просить стоит именно о том, чтобы пара нашлась быстро.
Когда ему сказали, что множество людей мучаются с шидухим, и от имени общества спросили, как удостоиться избавления, он ответил: есть лишь один совет — молиться. На возражение, что люди уже молятся до пересохших губ, он ответил: пусть продолжают молиться, и тогда увидят спасение.
«пусть продолжают молиться — и тогда увидят спасение»
Он приводил, что вдова Овадии перед чудом с маслом произнесла двести шестьдесят пять молитв, и лишь после последней Всевышний вложил ей мысль пойти молиться на могилу мужа — тогда молитва была принята. Отсюда: человек в беде не должен сдаваться и прекращать молиться, потому что никто не знает, сколько молитв нужно, пока его наконец услышат. Он приводил и Ицхака, который умножал молитвы, и то, что Ицхак вышел в поле молиться о жене — и молитва была отвечена появлением Элиэзера с Ривкой.
«никто не знает, сколько молитв нужно, пока молитва будет отвечена»
Не отчаиваться, а молиться снова: «Надейся на Г-спода, крепись… и надейся на Г-спода». Просить стоит именно о том, чтобы пара нашлась быстро. Лучшее место для такой молитвы — Стена Плача, она предпочтительнее могилы отца.
«если человек видит, что молился и не был отвечен, — пусть молится снова»
Рахель отдала симаним Лее — и годами смотрела, как рожают другие. И всё же «вспомнил Всевышний Рахель» — именно в заслугу этого поступка, в нужное время. Человек не всегда получает награду сразу; приходится учить себя ждать, порой очень долго, но Всевышний не удерживает награды ни у одного создания. Так и с молитвами: на одни отвечают через месяц, на другие через год, на иные через семьдесят лет — но ни одна не теряется. Сердце легко наполняется претензией: я столько молился, столько дал цдаки — почему не отвечено? Учиться тут стоит у Авраама. Он выдержал все испытания, но не считал, что Всевышний «обязан» исполнить его волю насчёт жены для Ицхака: полный надежды, он понимал, что это не должно произойти непременно, и был готов к иному исходу без обиды. Мицва любить Всевышнего означает и это: сердце не должно быть в разладе с Ним. И ещё один пример — Рахель. Она отдала Лее знаки, отказавшись от брака с Яаковом, чтобы сестра не была опозорена; и не только не получила награды сразу, но годами оставалась бездетной, глядя, как рожают другие, — и всё это время не жаловалась и не предъявляла счетов. В конце её поступок был «вспомянут», и в этой заслуге она родила. Так и с молитвами: одни отвечаются сразу, другие через долгие годы, но ни одна не пропадает — надо укрепляться терпением и продолжать.
«Ни одна молитва не потеряна и не забыта»
человек по его совету сорок дней подряд ходил к Котелю молиться, чтобы его тридцатилетней сестре послали её пару, — и внешне не произошло ничего. Рав Фишер ответил: в течение этих сорока дней ей называли её зивуг, но она отвергла эту идею. Молитва была услышана; предложенный вариант отклонила она сама.
«В течение этих сорока дней ей называли её зивуг, но она отвергла эту идею»
спасение работает как семена: их сажают, и они исчезают из виду, почти растворяются; мы поливаем и мучаемся вопросом, работает ли это вообще, почти сдаёмся — и вдруг что-то пробивает поверхность. Мы называем Всевышнего «проращивающим спасение»: пока кажется, что не происходит ничего, оно всё это время растёт под поверхностью.
«Это прекрасное спасение Всевышний растил под поверхностью»
Знакомый ход мыслей — «я прошу не роскоши, а того, что поможет мне служить Ему, всем помогает, а мне нет» — он разбирает через Йосефа: тот молился со слезами у могилы Рахели, чтобы его вернули к отцу, и просимого не получил, а именно этот неотвеченный запрос спас потом весь народ от голода. Принять, что сейчас лучше, чтобы всё оставалось как есть, — это про уже случившееся; молиться дальше — про то, что впереди. Моше молился о входе в Землю 515 раз и понимал, что «нет» на пятисотую молитву ничего не говорит о пятьсот первой: действует каждая. Тому, кто говорит «я плачу и молюсь годами, как вы ждёте, что я продолжу», ответ такой: именно потому, что это так тяжело, следующая молитва становится намного ценнее — несколько таких могут стоить сотен обычных, а на грани, когда хочется сдаться, их ценность и вовсе резко возрастает. И год на год не приходится: человек за год меняется, поднимается — значит, и молитвы его теперь действеннее, а то, что прошлый год не был годом свадьбы, ничего не говорит про этот. Он просит только не сравнивать себя с теми, чьи истории спасения вы слышите: ваши молитвы хранимы, и когда придёт время, именно они и принесут спасение. Молиться от сердца изо дня в день тяжело — часто не хватает не веры, а толчка, и об этом толчке тоже можно попросить.
«Если ты молился сто раз — молись сто первый»