Почему мы спорим о воспитании детей, хотя оба хотим им добра?

Муж и жена выросли в разных домах и получили разное воспитание; даже при похожем фоне практический стиль отличается. В одном доме подход был строгий, в другом свободнее; у одного отец держал дистанцию, у другого был близким другом. Ни один из методов сам по себе не «правильный», работать могут оба. Но, растя своих детей, каждый уверен, что верен именно тот, который он видел дома, — отсюда «накажи его, не поддавайся» против «сейчас ему нужны тепло и мягкость», и голоса поднимаются. И действительно правы оба. Пример из его практики: пара всерьёз поссорилась из-за того, заставлять ли ребёнка есть. Жена права — она готовит, а ребёнок капризничает; не открывать же ресторан с минестроне для Янкеля, овощным для Мойши и грибным для Симми; к тому же обидно после долгой готовки, и если детям всё время потакать, они однажды откажутся и от любимого блюда. Муж тоже прав: нельзя требовать от детей того, чего не требуешь от себя, а сама она нелюбимую еду не ест. Вывод: пара, которая идёт с этим к третьему человеку, должна понимать, что пришла не на суд, и не тратить силы на доказательство своей правоты. «Пара, которая советуется о своих спорах с третьим человеком, должна понимать, что пришла не на дин Тора».