Если я всё время даю, из меня не сделают «коврик»? Верна ли формула «давать и брать»?
здоровое даяние идёт от крепкого «я» и потому не делает из человека жертву; формула же «давать и брать» в еврейском взгляде считается ошибочной.
«Заботиться о номере один» не нужно, если каждый из двоих привержен заботе о другом. Рав Шмуэль Веффер иллюстрирует это отпуском: пара эгоистов и пара дающих сторговались на одном и том же домике у озера, но первые приехали отравленными негативом, а вторые — счастливыми, потому что спрашивали не «что тут для меня?», а «что тут для тебя?». При этом даяние, творящее любовь, требует собственной идентичности, целостности и знания своих нужд — именно это и защищает от использования. Здоровое даяние взаимно и идёт от крепкого «я»: в здоровых отношениях себя не теряют, а находят.
«В здоровых отношениях вы не теряете себя, а находите»
«Взятие» еврейские учителя морали считали вершиной эгоизма и корнем зла, отличая его от «получения»: взятие — это вторжение в чужие пределы, чтобы отнять. Среднего пути тут нет: в каждом поступке, слове и мысли человек предан либо хеседу и даянию, либо хватанию. Испорченный мир — мир берущих, где царят зависть, жадность и соперничество; совершенный — тот, где каждый даёт и благодарен за полученное. Как только человек перестаёт давать, включается желание себя ублажать, и другие люди начинают видеться помехой.
«Основной закон таков: среднего пути в человеческом интересе не бывает»
Формула «давать и брать» опасна: даяние — хорошее качество, взятие — дурное, и любовь, построенная на такой формуле, обречена рухнуть. Он замечает, что слово «ав» (давать) составляет половину слова «ахава» (любовь) — даяние и любовь суть одно понятие. А кто живёт по правилу даяния, обнаруживает то, что открывают все настоящие любящие: отдавать любимому и видеть его радость — само по себе награда.
«Еврейская идея любви — это решительно не „давать и брать“, а давать и давать»